КУКУШКА

Наконец-то появилась возможность осуществить свое желание — съездить на рыбалку.

Куда? Вопрос не стоял! Конечно же, на лесное озеро. Встал пораньше, и вот уже город позади. На ветровое стекло набегали и уносились назад перелески. Машина весело катилась по дороге. Путь не близкий! Но там, в конце пути, ждало меня необыкновенной красоты озеро. Если повезет, то увижу деда. Будем молча сидеть, вдыхая полной грудью настоянный на хвое воздух, смотреть на поплавки и молчать каждый о своем. Вот дорога выскочила на околицу села, центральной улицей разделила его на две части и помчалась дальше. Тихие палисадники, дома с резными ставнями и копошащиеся в пыли куры остались позади.

Я свернул на дорогу, идущую через поле, проехать его, потом немного лесом, покосами. И вот оно, озеро, среди елей и сосен.

Хотелось скорее выйти из машины и расположиться на его зеленом гостеприимном берегу, но пришлось остановиться и ждать. По проселочной дороге к кладбищу, которое находилось на небольшом холме, двигалась скорбная процессия. Не было музыки, как это принято в городе, но в поднебесье пели птицы, шуршали колосья поспевающей ржи, склонившись до самой земли.

Наконец дорога освободилась, и через несколько минут я оказался на озере. Давно не бывал в этих местах! Мало что здесь изменилось! Но деда, моего старого знакомого, уже не было. Каждый раз, когда приезжаю сюда, вижу — сидит на стволе поваленного дерева, курит свою самокрутку, распространяя вокруг стойкий запах махорки, и задумчиво смотрит на поплавки. Меня всегда поражала ловкость, с какой он, не уронив ни крупинки, свертывает самокрутку у себя на коленке одной рукой. Другой не было — пустой рукав белесого, потерявшего первоначальный цвет пиджака, был заткнут в карман. Старик обычно крайне не разговорчив. Когда я спрашивал о чем-нибудь, отвечал односложно и не сразу.

В тот вечер не клевало. Мы сидели и любовались чудесным закатом. Солнце медленно опускалось за лес, окрашивая горизонт в золотой с розовым отливом цвет. Небо отражалось в воде, и озеро было похоже на огромную чашу, заполненную раскаленным металлом, уже остывшим по краям, но все еще огненным в середине. Прибрежные сосны казались декорациями к этой сказке. Ощущение нереальности дополняла кукушка, с постоянством маятника исполнявшая свое «ку-ку».

— Эк как кричит, — проворчал старик.

— Годы кому-то отсчитывает, — отозвался я.

Мы опять замолчали. Но в старике произошла неуловимая перемена. Глаза, только что смотревшие на закат и светящиеся каким-то внутренним светом, потухли, по лицу пробежала тень. Не отводя взгляда от какой-то видимой только ему точки на горизонте, он заговорил.

— Друг у меня был, Пашкой звали, однолеток мой. Вместе в школу ходили, вместе в колхозе работали, в город ездили учиться на трактористов. Зиму проучились, а по весне выехали пахать. Той весной счастливей нас никого, наверно, не было. Пашешь, оглянешься назад, а за тобой черными, жирными пластами поле устлано, грачи следом скачут, жаворонки в небе поют, и на душе такая гордость, такую силу чувствуешь, петь хочется. Хлеба в тот год поднялись стеной. И уговорились мы с Пашкой, что после уборочной женимся. Он-то красивым парнем был. Высок, в плечах широк, под буйным чубом глаза голубые, посмотришь, как в омут. Мастер, что петь, что плясать, что на гармошке играть. Девки к нему так и липли, а он любил одну, не очень-то видную. На других и внимания не обращал.

Но, жизнь распорядилась по-своему. Та ночь была тихая и теплая. Уже все песни были перепеты, и танцевать уже не могли, ноги от усталости не гнулись, а расходиться не хотелось. Когда стали разбредаться по домам, уже коров выгоняли. Лег спать и слышу сквозь сон, как бабы воют, будто по покойнику. Спросонья ничего понять не могу — посередине избы стоит мать с соседкой и в голос орут. Спрашиваю, что случилось, а они ничего толком сказать не могут. Выскочил я из избы — и к правлению колхоза, а там уже вся деревня собралась. Радио у нас только в правлении было. Война!

Через неделю мы с Пашкой на фронт ехали. Везли нас несколько дней. Ночью выгрузились на маленькой станции. Построили, повели. Вокруг тишина и не верится, что не сегодня-завтра в бой. Там, куда мы шли, что-то грохотало, но грохот был какой-то приглушенный, будто камни в бочке перекатывались.

Утром приказали нам остановиться на опушке леса. Весь день рыли окопы, а грохот все приближался, накатывался гремящей волной. С вечера и всю ночь через наши позиции потянулись отходящие части, то группами, то в одиночку, а на рассвете — лавиной.

Что в то утро было, до сих пор помню, спине холодно делается. Казалось, нет такой силы, которая могла бы остановить этот грохочущий вал вражеских войск. Но мы остановили. Весь день отражали атаки, а вечером поступил приказ отходить.

Всю ночь пробирались лесом, к утру вышли к полю. Его перейти, а там — снова лес. Вот на этом поле фашисты и налетели. Стали нас поливать из пулеметов, бомбами посыпать. А вокруг ни кустика, ни деревца, одно спасение — до леса добраться. Пашка впереди бежал. Бомба прямо перед ним взорвалась. Подскочил я к нему, взвалил на закорки, и откуда только силы взялись — понес. Только потом, когда понял, что проскочил, положил его под куст, а сам рядом повалился, руки-ноги отнялись. Лежим, а над нами лес листвой шумит, недалеко кукушка кукует. Слушал я ее, и не верилось, что сейчас, когда все живое прячется, эта птица может так беззаботно кричать свое извечное «ку-ку». Пашка тоже услышал, напрягся весь, на лбу испарина, лежит шевелит губами. Когда кукушка замолчала, посмотрел он на меня и говорит: «Ничего, еще поживем, кукушка-то долгую жизнь мне обещала». Так и умер с улыбкой...

Старик замолчал. Я смотрел на закат, и теперь он уже казался мне заревом пожарищ, будто сижу я не на берегу озера, а в лесу среди бойцов, и кукушка отсчитывает мне годы...

Может, от того, что сегодня не было деда, мне вдруг стало тоскливо. Вот и красота кругом, и клюет хорошо, а радость куда-то ушла. Еще немного помаявшись, решил ехать домой. Смотал удочки, собрал нехитрый рыбацкий скарб, и, ругая самого себя, что уезжаю от этой красоты, отправился в обратный путь. Вот и поле с кладбищем посередине. Думаю, куда торопиться, посижу, послушаю шорох колосьев, пение птиц.

Остановился. Заглушил мотор и открыл все двери настежь. Птицы пели, но колосья стояли, выпрямившись, и молчали. Не знаю почему, вдруг пошел на кладбище. Вот и свежая могила. На кресте в рамочке под стеклом фотография. На фотографии — дед, но не такой, каким я его знал, а бравый солдат с медалями на груди. Под снимком табличка. На ней даты. А ведь не такой уж он дед — всего на двадцать лет с небольшим старше меня. Мог бы еще жить и жить. Но война, сделавшая его калекой, до срока забрала и жизнь.

Немного постояв у могилы, вернулся к машине. Сидел и думал. Вспоминал все наши встречи, и вдруг понял, почему не шепчутся колосья. Утром они, склонив голову, провожали его в последний путь. Шептали слова благодарности за то, что он и такие как он, выстояли и победили в этой войне. За то, что их потомки засеяли это поле, и дали им, колосьям, жизнь.

Уже стало смеркаться, а я все сидел, и не хотел уезжать. Такое же ощущение было, когда покидал стены родного дома — чувствовал, что навсегда. И не знаю, то ли показалось, то ли на самом деле: в лесу прокуковала кукушка. А ведь в эту пору они не кукуют.


Автор:Валерий КРАСНОВ

Недвижимость → Торговые и производственные площади → Предложение
17 августа 2018, 14:47

Сдается помещение площадью 100 кв.м, в данный момент проводится ремонт, возможно сделать под необходимый вам вид деятельности, если возьмёте в долгосрочную аренду. Рассмотрим предложения. Территория охраняемая, под видеонаблюдением.

Недвижимость → Торговые и производственные площади → Предложение
17 августа 2018, 14:05

Сдается парковочное место, на закрытой, охраняемой придомовой территории, видеонаблюдение имеется.

Работа → Есть вакансия
17 августа 2018, 10:45

Организации на постоянную работу требуется бульдозерист, заработная плата от 30 т. р., трудоустройство официальное.

Услуги → Транспортные услуги → Предложение
17 августа 2018, 10:30

Actros Mersedes-Benz. ГАЗель "NEXT". Переезд квартиры, офиса, магазина. Проф. грузчики. Перевозка пианино. Подъем строит. материала. Погрузо-разгрузочные работы. Разберем, соберем, упакуем, установим мебель и перевозимые вещи. Грузоперевозки по городу и России. Вывоз строит. мусора.

Недвижимость → Дома, земельные участки (ИЖС) → Предложение
17 августа 2018, 01:44

Дом 3 ком. участок 14 сот. гараж, крытый двор, хоз. постройки, баня, интернет, спутниковое телевидение, центральное отопление, центральная канализация, три теплицы, яблони, груша, сливы, вишни, большое количество кустов чёрной смородины. Удобное расположение, тупиковая улица (не проезжая).